их игру, оставить Чиряева в Берлине, позвонив кому-то развалить все дело.
— Двенадцатого мая в немецком суде будет рассмотрена наша апелляция.
Если до этого времени мы не найдем директора нефтяной компании, исчезнувшего неизвестно куда, нам не выдадут Чиряева. И тогда мы потеряем шансы на успешное завершение нашего многострадального дела. Два года работы…
— Может быть, директор уже давно общается с чертями в аду? Такой вариант вы исключаете?
— Исключаю полностью. Он сбежал из Тюмени, где находился центральный офис компании. Четыре месяца назад он еще был жив, прятался у своих родственников в Москве. Мы не успели его арестовать, он снова скрылся.
— Как его фамилия? У него осталась здесь семья?
— Труфилов. Дмитрий Викторович Труфилов. Семьи у него нет, он разведен.
Остались бывшая жена и сын. По нашим сведениям, он поддерживает с ними отношения. Есть знакомая, очень близкая, в Москве, но он у нее не появлялся — там уже несколько месяцев дежурят наши люди. В Тюмени у него есть большой дом.
В Харькове живут мать и семья сестры, но там он тоже не объявлялся. Мы проверяли.
— Он нефтяник по профессии? Где работал раньше? — Дронго поднялся, чтобы снова налить кипяток в чашки.
— В ГРУ. Он бывший офицер военной разведки, — выдавил Романенко.
Дронго резко обернулся. Поставил чайник на место.
— Вы шутите?!
— Какие могут быть шутки? Он воевал в Афганистане, был ранен, контужен.
В девяностом демобилизовался. Работал в различных местах, одно время даже сидел без работы. С девяносто шестого, перебравшись в Тюмень, руководил нефтяной компанией «ЛИК». Мы проверили и установили странную закономерность. Его рекомендовал на эту должность именно Силаков. Судя по всему, у Труфилова и Силакова были прямые связи и с Чиряевым. Что произошло между ними, никто не знает, но Чиряев сумел убедить Труфилова отказаться от контрольного пакета акций. Во время аукциона происходило нечто запредельное. Из Москвы пошла телефонограмма о запрете на проведение аукциона, но в Тюмени объявили, что телефонограммы не получали. В день аукциона туда полетел чиновник Мингосимущества, но самолету не дали посадку, объявив, что в аэропорту нелетная погода. Диспетчеры позже признались, что их вынудили