напуган и не врет.
— Адрес! — ору я. — Говори адрес!
— На авеню генерала Леклерка, — выдыхает он, — больше я ничего не знаю.
Я толкаю его к стене. Смотрю на часы. Если у него осталось и не двадцать минут, то, конечно, не больше часа. Он должен успеть сбежать, чтобы его не остановили ни мои соглядатаи, ни профессионалы Хашимова.
— Уезжай из города, — советую я ему, — вернешься через несколько дней, когда все будет спокойно. А еще лучше, после двенадцатого мая. Тогда ты уже никому не будешь нужен. Ты меня понял?
— Понял. — Он сглотнул слюну, глядя куда-то вбок. Ага, он смотрит в сторону картины, висящей на стене. Интересно, почему он туда смотрит? Она как-то непонятно низко висит. Подойдя к картине, я ударом руки сбрасываю ее на пол. Так и есть. За ней — личный сейф этого идиота. Такие не меняются никогда.
Самые надежные документы и часть наличных он наверняка хранит у себя в сейфе.
Эти разбогатевшие торгаши с золотыми цепями на шее искренне верят только в наличные деньги, которые лежат у них под задницей… До чего же противно иметь с ними дело.
— Уезжай, — напоминаю я ему и выхожу из кабинета. Девица смотрит на меня с явным недоумением.
— Не хотите ли кофе? — спрашивает меня эта особа.
— Думаю, что вашему шефу оно тоже не пригодится, — говорю я ей на прощание.
Теперь самое главное — забрать свои вещи из отеля, пока туда не доберутся люди Хашимова. Я все еще думаю, что я самый умный. Уже отходя от здания, тороплюсь к остановке такси, чтобы вернуться в отель. У меня очень мало времени. Кто бы ни вернулся из Схетона, легче мне от этого не станет.
В тот момент, когда я останавливаю такси, чтобы отправиться в отель, я вижу, как выбежавший из здания Ржевкин спешит к своему «БМВ», оставленному перед зданием. Я сажусь в автомобиль и называю водителю свой отель. Ржевкин усаживается в свой, положив рядом на сиденье небольшой чемоданчик. Конечно, я был прав. Он держит некий запас наличности в своем сейфе.
— Быстрее, — прошу я водителя, и в этот момент страшный взрыв потрясает всю округу. Я невольно оборачиваюсь. Белый «БМВ», в который только что сел Игорь Ржевкин, превратился в горящий факел. Я выскакиваю из машины, растерянно оглядываясь по сторонам.