говорить громких слов, но вы уникум, Дронго.
— Вы ошибаетесь, — улыбнулся Дронго, — это скорее мой папа.
— В каком смысле? — не понял Мовсаев. — Вы хотите сказать, что учились у него?
— И продолжаю это делать всю свою жизнь. Это он подсказал мне идею с тройным обменом, объяснив, что Мул не стал бы рисковать, выезжая из Азербайджана по паспорту, известному арестованному канадцу. Я даже думаю, что сначала улетел настоящий Натиг Кур по документам канадца в Турцию, а уже потом, следом за ним, террорист с его документами в Сирию.
— Я позвоню вам из Москвы, — сказал на прощание Мовсаев и протянул руку, впервые за все время их знакомства.

Баку. 30 марта 1997 года


Он еще спал, когда требовательно зазвонил телефон. Не открывая глаз, он поежился, словно чувствуя, как неприятен будет именно этот звонок. Телефон звенел не переставая. Дронго усмехнулся, кажется, у него вырабатывается некое шестое, а может, и седьмое чувство, когда он по трели телефонного звонка может прочувствовать ситуацию. Или это было просто предчувствие?
Предчувствие его не обмануло.
— Здравствуйте, — сказал кто-то неприятно жестким голосом. — Сегодня в двенадцать часов вы должны быть в Министерстве национальной безопасности, в приемной заместителя министра.
— Ясно, — сказал Дронго, — но только почему «должен»? По-моему, более верная форма обращения — попросить меня об этом.
Говоривший на другом конце чуть не задохнулся от возмущения. В Азербайджане традиционно уважали носителей власти. А такими были прежде всего сотрудники прокуратуры, милиции, безопасности, суда, таможни, налоговой полиции и прочих мелких и крупных организаций, которые могли доставить неприятности любому человеку, создавая крупные проблемы там, где их не было.
— Вы с ума сошли? — гневно спросили на другом конце провода.
— Пока нет. Просто пытаюсь научить вас более вежливой форме общения, — усмехнулся Дронго. — Если ваше ведомство вместо того, чтобы заниматься своими прямыми обязанностями и обеспечивать государственную безопасность республики против иностранных резидентов, хлынувших в город, занимается чисто полицейскими функциями, то о вежливости вы, конечно, не слышали. До свидания.
— Вы придете? — уже поняв, что