пожал плечами, предпочитая не спорить.
— Она вам не нравится, — понял Дронго.
— Она не нравилась Славе. А из-за этого у нее испортились отношения и со мной. Виола знала, что мы дружим. В общем, она считала, что это я познакомил Славу с Валентиной, хотя на самом деле все было не так. Но разве можно что-либо доказать? У Виолы отца нет, она живет с матерью в обычной «хрущевке». А у Вали отец известный художник, четырехкомнатная квартира на Тверской. Я не думаю, что Слава предпочел из-за этого Валю. Конечно, нет. Но ему, наверное, было приятно, что дочь такого человека обратила на него внимание. Виола же обычная девушка.
Симпатичная, красивая, толковая, но и только. А Валя интеллектуалка, ходила на все выставки, вернисажи, всякие богемные тусовки. Она очень много сделала для «просвещения» Славы и ему, видимо, все было интересно, весь круг знакомых Вали.
И отец тут ни при чем. Просто ему было интереснее с ней, я так думаю.
Дронго отметил скептическое выражение на лице Корытина, но не стал развивать дальше эту тему. Он задал совсем другой вопрос:
— У него были долги?
— Кажется, да, — ответил Точкин. — Но тоже не такие, чтобы из-за них убивать. Занял определенную сумму денег, чтобы купить квартиру. Очень комплексовал из-за того, что у него не было собственного жилья. Комплекс приезжего. И очень радовался, когда купил квартиру. Пригласил всю редакцию, мы все гуляли на новоселье.
— Он хорошо зарабатывал?
— Неплохо, — Точкин бросил быстрый взгляд на Корытина.
И тот вмешался:
— Наши сотрудники получают неплохие гонорары, — заметил он, — мы стараемся адекватно оплачивать работу наших сотрудников.
— И, конечно, имеете неучтенные ведомости, с которых они не платят налогов, — добродушно заметил Дронго.
— Нет, — встрепенулся Корытин, отводя глаза, — вот это никогда!
По его реакции было ясно, что не все сотрудники газеты платят налоги с получаемых сумм, но это менее всего интересовало Дронго.
— У кого он занимал деньги?
— Вы все же думаете, чти его убили из-за денег? — снова удивился Точкин, — но там была не такая уж большая сумма…
— Вы не ответили на вопрос. У кого он занял деньги?
— Восемь тысяч у главного редактора, пять у нашего главбуха. Кажется,