Хорошо еще, что в клубе играют в шахматы. И все-таки почему Тетеринцев и его банк так опекают этот клуб? Нужно будет завтра с ним встретиться и поговорить.
Уже собираясь заканчивать, он на всякий случай ввел в компьютер фамилию Тетеринцева и получил результат: «Проверить Тетеринцева, — отметил среди своих записей на компьютере Звонарев. — Кажется, он занят совсем другими делами».
Интересно, каким делами занят депутат Государственной Думы? И почему его следовало проверить? И как Звонарев собирался его проверять?
Дронго закончил работу, отключился и еще раз посмотрел на потухший экран.
Почему Звонарева так интересовал именно клуб «Прометей»? Нужно будет завтра все проверить, в который уже раз подумал Дронго. Взглянул на часы. Половина четвертого. Скоро рассвет. Кажется, его молодая партнерша просила разбудить ее на рассвете. Нужно исполнить ее желание.

Глава 22


Было уже довольно поздно, когда потрясенная Света Рыженкова узнала, что ее подругу отвезли в больницу с сильным сотрясением мозга. Узнала она и о том, что на квартире Федора Беззубика побывали незнакомцы. Несчастный фотокорреспондент не мог понять, что именно нужно было неведомым грабителям. Они не взяли даже куртку Кокшенова. Даже деньги, около двух миллионов рублей старыми, остались лежать на тумбочке. Света сама поехала в больницу и всю ночь просидела у постели подруги.
А утром решила поехать в ФСБ. Ей пришлось довольно долго ждать, когда ее примут. Наконец она вошла в кабинет, где ее ждал невысокий крепыш с жесткими, коротко остриженными волосами и глазами филина. Света долго, часто путаясь, рассказывала ему все, что ей было известно. Рассказала и о том, как Римма случайно подслушала разговор неизвестного с Малявко. И о том, как Бондаренко со своим напарником приезжал к ним в редакцию. И о нападении на ее квартиру, и о гибели Николая Николаевича Глебова в автомобильной катастрофе, и о нападении на Вадима Кокшенова. И об исчезнувшем магнитофоне. И о смелом поступке Риммы, попытавшейся преградить путь убийцам. Она рассказывала долго, пугаясь собственной смелости, рассказывала все, что знала, иногда повторяясь, иногда уточняя некоторые детали. Офицер ФСБ с глазами филина слушал молча, давая