еще с восемьдесят второго года. Кроме Славина, эту фамилию мог знать и Орловский. Подполковник, взглянув на лист, молча передал его Виноградову. Тот поднял голову.
— Переписать? — спросил ничего не подозревавший Дима.
— Да — Он все-таки надеялся, что Орловский не посмотрит. Но майор был настырный и упрямый. Он наклонился над бумагой, прочел имя и, подняв голову ошеломленно посмотрел на Славина. Видимо, что-то во взгляде подполковника сказало ему, что нужно молчать. И он не стал задавать никаких вопросов. А следователь громко прочел неизвестное для него имя.
— Рогожин. Матвей Рогожин. Наверно, тоже бандюга, какой-нибудь из его сообщников.
Рядом с фамилией Рогожина не было никаких цифр и слов. Просто одна его фамилия, и больше ничего.
И, наконец, на четвертом листке бумаги был еще целый ряд фамилий. Видимо, Лысый перед смертью хотел застраховаться и решил таким необычным образом иметь для себя нечто вроде страховочного полиса.
С дачи они уезжали в первом часу ночи. ;В машине Агаева сотрудники ФСБ сидели молча. Виноградов устроился рядом с Гамзой впереди, а Орловский и Славин на заднем сиденье.
— Вы вспомнили, кто это был? — тихо спросил Орловский у подполковника. — Не беспокойтесь. У меня в кармане скеллер. Я взял на всякий случай один с собой. Нас не подслушают.
— Конечно, вспомнил, — так же тихо ответил Славин. — Я давно его знаю. Он всегда занимается агентурными разработками подобных типов. Видимо, данные о том, что Лысый был информатором бывшего КГБ, соответствуют действительности. Меня больше интересуют другие две фамилии. Почему они тоже выделены на отдельном листке? И что это за цифры Двадцать тысяч долларов, я понял по значку на них И слово «возвращены» понятно. Но что означают эти цифры? Пять и восемь. Что они означают? На четвертом листке фамилии других людей и тоже цифры — двадцать три, двадцать семь. Или это тоже деньги?
— Может, числа? — спросил услышавший их слова Виноградов.
— Какие числа? — не понял сразу Славин.
— Ну, числа месяца, — сказал Дима. И подполковник вдруг закричал:
— Стой, что ты сказал?
— Числа месяца, — повторил смущенно Виноградов.
— Дай мне копии этих листов, — попросил Славин и, вырвав их из рук старшего лейтенанта,