Машины, которые, сменяя друг друга, следят за нами, когда в управлении нет бензина для важных выездов? Откуда столько людей и почему весь их интерес упирается только в нас? Наконец, почему произошли два эти убийства подряд?
— Может, зайти сразу к директору? — предложил Орловский.
— Нет, — возразила Светлова, — нельзя прыгать
через голову руководства. Владимир Сергеевич прав. Нужно обратиться по инстанции и все рассказать. Если нам не доверяют, пусть отстранят от работы. Если доверяют — пусть дадут возможность нормально работать.
— У вас есть новые сведения по убийству Лысого? — спросил, чуть успокоившись, Славин.
— Немного есть. Он приехал на встречу со своими телохранителями. Но никакой встречи не было. Прохожие видели, как подъехал джип и из него вылезли трое парней с автоматами в руках. Они подошли к автомобилю и расстреляли всех сидящих там людей. Водитель пытался достать оружие, но не успел.
— Это действительно были чеченцы?
— Свидетели утверждают, что среди стрелявших был один заросший человек, возможно, кавказского происхождения. Но мнения разные. Сейчас в городе идут аресты. Берут оставшихся на свободе людей Лысого. Уже арестовано пять членов его банды.
— Они ждали его убийства, — покачал головой Славин. — Что-нибудь еще?
— Да. Говорят, что у погибшего была своя касса, свой «общак», где он хранил наиболее важные документы.
— Ну и что?
— Его не нашли. У него на даче кто-то побывал и все изъял.
— У него и дача была?
— Да. Выяснили, что была. Правда, не на его имя. Там он в основном и жил. Там же жила и его любовница.
— И все об этом знали, но он был в розыске, — насмешливо сказал Славин. — Типичная ситуация для нашей действительности. Милиция появляется только после смерти «авторитета». И в банке, и у него дома.
— Никто не хочет высовываться. Вместо благодарности можно получить пулю, — пояснил Орловский. — Кроме того, погибший наверняка платил всем, кому нужно. Поэтому им особенно и не интересовались.
— Я проверил по нашим данным, — вставил Виноградов. — Он действительно проходил по нашей картотеке.
— А у меня ничего нет, — пожала плечами Светлова. — В архивах про него — ни слова. Вообще нет его личного дела, словно такого агента у нас никогда