к себе, пришло срочное сообщение о случившейся утром у магазина «Восход» перестрелке. Группа МУРа, выехавшая на место, нашла на Большой Серпуховской улице стоявший автомобиль «БМВ» с расстрелянными в нем людьми. Предварительный анализ показал, что в перестрелке у магазина были убиты сам Игорь Лысый и двое его телохранителей. По свидетельству очевидцев, нападавшие были в темных плащах и имели явно кавказскую внешность.
Сообщение о смерти преступника поступило в МУР уже после отъезда Орловского и Агаева в ФСБ, и работники уголовного розыска, знавшие об особом интересе сотрудников Федеральной службы безопасности к этому преступнику, позвонили Орловскому, сообщили о случившемся.
Снова приехавшие Орловский и Агаев убедились, что идентификация была уже проведена и отпечатки пальцев преступника неопровержимо свидетельствуют, что на этот раз был убит сам Игорь Адашев, трижды судимый рецидивист, находящийся в розыске с девяносто третьего года.
С этими ошеломляющими известиями оба офицера вернулись к подполковнику. В самом убийстве Игоря Лысого не было ничего необычного. Подобные разборки в Москве случались практически каждый день. Но настораживало само совпадение подобного убийства с активным розыском Лысого ФСБ. И самым неприятным в случившемся было то обстоятельство, что убийцы внешне напоминали выходцев с юга, а значит, вполне могли быть чеченцами, решившими таким образом подставить преступника Адашева под прицел ФСБ, отводя подозрение от самих себя.
Именно с такими неутешительными выводами Славин и поехал вечером домой. Поставил свой автомобиль на стоянку и, возвращаясь пешком к зданию ведомственной гостиницы, взглянул на часы. Было без пяти девять.
Подполковник поздоровался с дежурным, показал свое удостоверение и вошел внутрь. Затем, будто вспомнив о чем-то, повернулся и вышел из здания, словно решил немного прогуляться перед сном. В кармане у него уже лежало заранее приготовленное сообщение с просьбой еще раз связаться с ним. И записка с именем террориста, уже убитого неизвестными.
Ему было неприятно, что этот незнакомец оказался прав и их встреча состоялась слишком поздно. С другой стороны, убийство преступника еще не доказывало ни его вины, ни его непричастности