в политике и считавшего себя в этом вопросе одним из главных специалистов. Главный редактор даже не очень обращал внимание на то обстоятельство, что его собеседник практически не участвует в беседе, отделываясь односложными ответами. Его несло дальше. А собеседник, стоявший рядом с ним, иногда посматривал на расположенный справа вход, чтобы достойно улизнуть, как только появится лидер оппозиции и все внимание будет приковано к нему.
Он не услышал, а почувствовал, что к ним кто-то подходит. И это предчувствие не обещало ничего хорошего. Лицо главного редактора мгновенно переменилось. Из-за спины своего собеседника он увидел подходившего. Вместо столь привычной для главного редактора маски наставника-ментора на лице этого провинциального актера появилось некое подобие подобострастия. И, вытянув шею, уже не обращая внимания на своего собеседника, он ласково пропел:
— Евгений Максимович, здравствуйте! Его собеседник, не изменившись в лице, медленно повернулся. Достаточно медленно, чтобы не выдать своего волнения.
Подошедший к ним министр иностранных дел России протянул свою короткую руку. Главному редактору он просто позволил пожать ее, а вот на его собеседника он посмотрел слишком внимательно, настолько, чтобы тот понял: интерес министра предельно персонифицирован.
— Примаков, — сказал он.
— Вы могли бы не представляться, вас знает весь мир, — попытался пошутить главный редактор, назвав фамилию стоявшего рядом с ним человека.
— Да, наверное, — обрюзгший, постаревший министр внимательно посмотрел на собеседника главного редактора. И вдруг спросил непосредственно у него: — Как, вы сказали, ваша фамилия?
Он повторил.
— Может быть, — непонятно почему сказал Примаков. — Вы никогда не бывали в Таиланде или в Индонезии?
— Нет, — он почувствовал, что именно сейчас скажет министр, и поэтому внутренне напрягся.
— Странно. Я думал, что видел вас там. У меня был один знакомый, любитель птиц. — Примаков говорил, глядя ему в глаза, снизу вверх. И в глазах министра не было сомнения в том, что он узнал стоявшего перед ним человека.
— Сейчас многие увлекаются экзотическими птицами, — он старался смотреть в тяжелые глаза министра, понимая, что уже уязвим. Министр узнал его.
—