— я уже чай приготовила. Почитай, весь вечер вас ждали.
— Ничего страшного, — улыбнулся зять, — чай не убежит. А вы, Виктор Федорович, сегодня какой-то странный, больны, что ли?
— Нет, — мрачно ответил тесть. Воспоминание о совещании снова отозвалось в сердце непривычной болью. — Неприятности на работе.
— Какие неприятности? — удивился зять. — Президент вас уважает, журналисты не трогают, даже оппозиция считает вас порядочным человеком. Вы почитайте, как они других помощников кроют. Разве у вас могут быть неприятности?
— Могут, — махнул рукой Манюков, — я же говорю — по работе. Не личные.
— Случилось что-нибудь? — шепотом спросил зять.
Манюков колебался. Вообще-то он всегда советовался с зятем. Тот был не по годам умен и мог дать толковый совет. С другой стороны, нельзя было рассказывать о том, что случилось на заседании у Президента.
— Пойдемте в кабинет, — вдруг предложил Саша, видя его колебания. — По-моему, вы мне хотите что-то рассказать.
Он оставил сына и прошел вслед за тестем в кабинет. Манюков подумал, что так, наверно, будет лучше. Он испытвал потребность поделиться с кем-нибудь ошеломляющей новостью. А с кем можно сделать это лучше, чем с Сашей.
— У нас неприятности, Саша, — сказал он, когда они остались одни в кабинете.
— Проблемы с Ираком? — Зять знал, что вылетевший в Страсбург министр иностранных дел будет обсуждать и этот вопрос со своими европейскими коллегами. Впрочем, об этом писали во всех газетах.
— Хуже. Появились проблемы с хранением разного рода материалов, — постарался уклончиво объяснить тесть.
— Каких материалов?
— Радиоактивных. — Он все-таки не имел права говорить о том, что это было за оружие.
— Ну и что? У нас Чернобыль был, и никто из-за этого особенно не переживал.
— Теперь будут. У нас договор уже подписан с американцами. И его утверждать нужно будет в Думе. Такой скандал поднимется. И потом, ты сам знаешь, как американцы относятся к возможности хищения разного рода радиоактивных материалов. Мы только сейчас убедили сенат и конгресс США в том, что не собираемся поставлять в Иран компоненты для атомной электростанции. Представляешь, какой там будет скандал, если они узнают, что мы скрывали еще кое-что? Я ведь сам ездил