— спросил он, перебивая Иона.
— Два дня назад. Он вошел в универсам «Виктория» и исчез, буквально провалился сквозь землю. Наши люди оцепили весь район, но его не нашли.
— Значит, он уже здесь, — мрачно сказал Леживр.
— Вы так считаете? — удивился Ион. — Но он мог выехать из страны. Обнаружив за собой слежку, он вряд ли рискнет сунуться сюда, в Констанцу. Это же неминуемая смерть.
— Он профессионал, — Леживр покачал головой, — его нельзя было упускать. Дершовиц здесь. Это абсолютно точно. Необходимо обеспечить максимальную безопасность для этих турков.
— Для турков? — удивился еще раз Ион. — Почему?
— Дершовиц профессиональный убийца. Раз его наняли, значит, он должен убрать связных. Узнать от них все и спокойно ликвидировать. Его бы никогда не прислали в качестве простого связного. Да он бы и сам не приехал. Где он должен встретиться с этими турками?
— В мечети.
— В мечети? — переспросил удивленный Леживр. — В Констанце есть мечеть?
— Да, почти в самом центре города, — охотно сообщил Ион, — сохранилась здесь еще со времен турецкого владычества. Христиане, чтоб зайти туда, должны платить деньги, а мусульманам вход бесплатный.
— Постарайтесь создать надежное кольцо блокады вокруг мечети, но не переборщите. Еще раз повторяю: Дершовиц — профессионал очень высокого класса. С ним не пошутишь…
— Вы думаете, он рискнет появиться в мечети?
— Убежден. Но в любом случае я тоже пойду туда. У нас с ним свои старые счеты, — угрюмо добавил Леживр.
Автомобиль, набирая скорость, мчался по шоссе, а справа уже всходило солнце — желто-красный шар, словно предвещавший кровь в этот жаркий летний день.

— Аллах велик, — улыбался привратник, приветствуя посетителей, — можете омыть свои руки и ноги вот здесь, справа, — предлагал он мусульманам, не платившим за вход.
Леживр, войдя в мощенный камнем дворик, протянул деньги привратнику и зашел в здание мечети. Кругом висели ковры, поражавшие своими размерами и яркими расцветками. Был уже четвертый час дня, а встреча была назначена на три, но пока ничего подозрительного в мечети не было. Туристических групп обычно в это время дня также не бывало, и на минарет поднимались лишь редкие любопытные приезжие, путешествующие в одиночку.